Свадьбы с приданым
Михаил Шибанов. Празднество свадебного договора. 1777
Жених не выглядит уж очень зелёным - с бородкой. Ему явно за двадцать, возможно, далеко за двадцать. Невеста тоже не кажется очень юной, но может, очень юную просто не получилось изобразить. Вообще, самый удачный персонаж на картине - бабка в платке.
"Один из авторов, хорошо знавший крестьянский быт начала ХХ века, писал о необходимости собирать приданое для дочерей как об экономическом бедствии для крестьянской семьи. «Рождение девочки в семье рассматривается главой семьи как несчастье: оно несет разорение ей, и чем больше девочек, тем глубже оно» (Внуков 1929: 7).
Особенно важная часть приданого — личное женское имущество по веками выработанной норме («наряд», «снаряд», «коробья» и т.д.), которое собиралось всю жизнь девочки — от рождения до замужества. «Девочка в люльку — новинка в коробку», «Дочки оставят матку без сорочки», — гласили пословицы (Ивановская 1908: 121). «Снаряд» стоил дорого, по оценке крестьян, его стоимость была равна или почти равна стоимости всего хозяйства (Внуков 1929: 7). По мнению другого автора, «если оценить снаряд только в две коровы, то получается, что у середняка, имеющего дочь-невесту, значительная доля его имущества исключена из хозяйственного оборота. Редкий крестьянин может готовить снаряд без ущерба для хозяйства» (Синкевич 1929: 35). Подчеркивая непроизводительный, потребительский характер этих огромных затрат, отрываемых от хозяйства, наблюдатели отмечали одновременно, что родители никогда не стремились от этих затрат уклониться. «Бесполезно говорить крестьянину об улучшении хозяйства, многополье, выходе на поселок и т.д. (о матери уже и речи нет), когда есть в семье дочь на выданье» (Внуков 1929: 7).
Недешево обходилась женитьба и семье жениха. Она платила семье невесты своеобразный выкуп («кладка», «кладки», «поклажа» и т.д.) — по оценке одного из авторов второй половины XIX века, от 20 до 80, а у богатых и до 100 рублей, деньги по тем временам очень немалые (Матвеев 1878: 25). Да еще надо было сыграть свадьбу. О. Семенова-Тян-Шанская писала, что «самой средней руки свадьба обходится мужику рублей пятьдесят», при том что, по ее же данным, поставить деревянную избу стоило от 50 до 120 рублей, а годовой бюджет семьи среднего достатка из 6 человек составлял около 80 рублей (Семенова-Тян-Шанская 1914: 60, 83–84)".
Демографическая модернизация России. 1900-2000. 2006 г.
Символический выкуп за невесту можно встретить и на некоторых современных свадьбах, но в 19 веке, как видим, он отнюдь не был символическим. Тем не менее, приданое для семьи невесты было, по всей вероятности, ещё большим бременем, чем "калым" для семьи жениха.
Было бы интересно проработать гипотезу о роли приданого в росте брачного возраста невест. Большое приданое может свидетельствовать о дисбалансе спроса: спрос на женихов больше, чем спрос на невест, поэтому первых приходится "покупать", а вторых нет (Западная Европа, начиная со зрелого средневековья, насколько могу судить, почти не знала никакого аналога калыма).
Механизм здесь может быть такой:
1. Социальный статус жениха должен быть не ниже, а лучше - выше социального статуса невесты. Такие женихи в дефиците, привлечь их может хорошее приданое.
2. При прочих равных, чем дольше копится приданое, тем оно больше.Т.е. у 25-летней невесты приданое буде больше, чем у 15-летней.
3. Однако, 25-летняя невеста - товар, уже несколько залежавшийся (прошу прощения за столь грубую метафору). Желательно, чтобы приданое за ней было ещё выше, чем есть. Далее шансы выйти замуж с каждым годом снижаются.
Таким образом можно объяснить и относительно высокий возраст невест в первом браке и высокий процент женщин, никогда не вступавших в брак - черты, характерные для Западной Европы на протяжении всего нового времени. В России тоже роль приданого постепенно возрастала, но с большим опозданием. Возрастал и средний брачный возраст невест: с 17-18 в 18 веке до 21 в начале 20-го.