tito0107 (tito0107) wrote,
tito0107
tito0107

Едут, едут по Парижу наши казаки...

Оригинал взят у vita_colorata в Русские казаки в Париже двести лет назад.

Между всякими событиями как -то пропустили, что русские -то Париж взяли !
200 лет назад. Непонятно зачем отдали, я бы не отдала.  31 марта 1814 года русские войска вошли в Париж во главе с императором Александром I. После чего Наполеон окончательно отрекся от трона.
Надо отметить постом,  чтобы "день взятия Бастилии не зря прошел".

Так получилось, что только что прочла в книге Даниила Гранина фрагмент на эту тему:
          " На экзамене в школе учительница меня спросила - почему Лев Толстой в романе "Война и мир" описал, как французы входят в Москву в 1812 году,  а не как русские войска победили и вошли в Париж ? Действительно, почему ? Я был озадачен. Мялся, мычал... Казалось бы, такой красивый выигранный естественный ход войны. Потом я долго размышлял над этим вопросом.  Что я придумал ? А то, что поражение подняло духовную мощь народа, так что, казалось бы, разбитый, он сумел собраться с силами и погнать противника. Не сломался. Поражение выявило такие силы, о каких Наполеон и не подозревал. Наверное, вот эта скрытая мощь, верность своей свободе больше всего привлекали Толстого."

Так, всё-таки, что же делали наши в Париже ? Французы по отзывам мерзли, грабили, в русском языке появилось слово "шаромыжник" от французского "шер ами". Вот что писал жене генерал Жан Доминик Компан: «Вот, моя дорогая, что мне удалось достать из мехов: лисья шуба — частью полосы чёрные, частью красные; лисья шуба — частью полосы голубые, частью полосы красные. Лисьи шкуры в этой стране (только) добывают, а гарнитуры из них (здесь) не делают. Эти две шубы, о которых сообщил ранее, очень хорошие; большой воротник из лисы серо-серебряный; воротник чёрной лисы. И тот, и другой очень красивые…»
Париж был взят мирно, вошли и вошли. Французы побаивались прихода "русских варваров".
 В народном фольклоре остались казачьи песни времен войны 1812 года в сборнике Киреевского :

Под славным было городом Парижем,
Собиралося Российское славное войско.
Они лагери занимали в чистом поле,
Шанцы и батареи  там порыли,
5. Пушечки и мортирушки там становили.
Константин-то наш по армии разъезживает,
Оне пехоту и кавалерию рассчитывает:
«Надевайте вы, солдатушки, платье бело,
По утру вам, милые, будет дело!
10. Когда бог нам поможет Париж взята,
Отпущу я вас, любезны, в него погуляти!»

Не было тогда фотографов, которые могли запечатлеть наших в Париже, но были художники, оставившие рисунки и остались мемуары очевидцев.
Георг Эммануэль Опиц родился  в 1775 году в Праге, жил в Лейпциге, рисовал сценки на продажу: ярмарки, гуляния, сцены народной жизни. В 1814 оказался в Париже и стал свидетелем исторического события. Свои акварели, скорее всего , он рисовал тоже на продажу. Известно 40 работ, 10 хранятся в Эрмитаже. Живость наблюдений, натурные зарисовки с добросовестным вниманием к деталям, налет ироничности, - все это делает акварели очаровательными. Видно, что у художника есть опыт схватить и запомнить увиденное наяву. С другой стороны, Опиц создает словно собирательный образ русских казаков, некий комикс, в котором его герои гуляют по Парижу.

Казаки уже стали героями местных "лубков", они сами с интересом разглядывают эти картинки. Некоторые карикатуры дошли до современности, например портрет Наполеона, составленный из трупов, что доказывает, что Опиц рисовал с натуры вполне достоверно.
                           

                                     

Донской казак оторвался от своих войск в момент вступления в Париж и окружен любопытными парижанами, он отдает им честь.
На левой руке казака белая повязка. Белый цвет - цвет роялистов, выступавших за реставрацию династии Бурбонов.  Повязка на руку была введена во избежание путаницы между войсками союзников.  Австрийцы носили зеленые ветви, которые французы воспринимали изображением лавров, это порождало ссоры и драки.

                                       

Казак раздает парижанам листы с напечатанной декларацией Александра Первого. Это сюжет первых дней пребывания русских войск в Париже. С момента вступления на территорию Франции Александр дал приказ по войскам, "чтобы обходиться с жителями как можно дружелюбнее и побеждать их более великодушием, нежели мщением, отнюдь не подражая примеру французов в России".

                                       

На углу улицы de Grammont казак спорит со старухой-француженкой. Можно разглядеть казачий скарб, навьюченный на осла.
 При общении могли возникнуть языковые трудности. И.М. Казаков вспоминал :" Походы по Польше,Германии и Франции внесли путаницу в филологические познания наших солдат, так например, научившись в Польше по -польски, когда вошли в Германию, стали требовать, что им нужно по -польски и удивлялись, что немцы не понимали их... Прийдя во Францию, они усвоили себе некоторые немецкие слова и требуют от французов... "
Что он там ей говорит по немецки ? Holen Sie sich die alte Hexe !

                                      

Парижане читают наклеенные на стену декларации и распоряжения, а между тем в город заходят казаки.  Благодаря адресам на стенах домов акварели Опица топографичны, можно найти эти места и представить себе, как они выглядели тогда. Погода в этот день была прекрасная, на улицах было множество гуляющего народа.

                                     

Казаков приглашают зайти в кофейню. В записках Муравьева-Карского можно прочесть:" Парижанки приходили продавать водку a boire la gotte... Наши солдаты скоро стали называть водку берлагутом, полагая , что это слово есть настоящий перевод сивухи на французском языке. Вино красное они называли вайном и говорили, что оно гораздо хуже нашего зелена вина. Любовные похождения назывались у них трик-трак, и с сим словом достигали они исполнения своих желаний".

                                     

Действие происходит у дома под названием "Полупансион юных дам"на улице des bons Enfans. Назначение дома не вызывает сомнений, на стене объявление о способах предохранения от венерических болезней. Девицы с балкона улыбаются казакам и заметно, что они накрашены.
И. Радожецкий вспоминает:" Парижане, воображая русских по описанию своих патриотов варварами, питающимися человеческим мясом, а казаков - бородатыми циклопами, чрезвычайно удивлялись, увидевши российскую гвардию  и в ней красавцев-офицеров, щеголей, не уступающих как в ловкости, так и в гибкости языка и степени образования первейшим французским франтам".

                                     

Для охраны спокойствия гражданского населения организовывали патрули из русских солдат и французов. Командовать назначался русский офицер, говорящий на французском.
 Идут они мимо китайских бань, в которых офицеры при  посещении не нашли ничего китайского.

                                      

Гвардейские казаки пользовались популярностью у француженок. Со своей стороны многие русские офицеры оставили воспоминания о них :" ...все француженки не показались мне красавицами, истинно хорошеньких не видно, но много приятных лиц, таких, которые чем-то нравятся, например: вас поражает быстрота их глаз, их ловкость в ухватках, в одежде, и особливо в обуви; последнее поневоле заметишь,смотря как она перепрыгивает с камня на камень через улицу". Тот факт, что у француженок платья короче, чтобы ноги были видны, отметил многие, в России такого не бывало.

                                      

Торговые пассажи Парижа тоже поражали русских. Русский офицер Радожицкий вспоминал :" Восковые бюсты с париками, выставленные при некоторых лавках под стеклом, показались нам столь же белы и живы, как сами парикмахеры".
Другой гвардейский гусар вспоминал:" Кто бывал в Париже, тот знает, что там почти птичьего молока можно достать, только бы были деньги, а деньги были розданы по повелению императора Александра Павловича чуть ли не накануне, в размере двойного и тройного жалования за все три кампании 1812, 1813 и 1814 годов."

                                      

Казаки общаются в Тюильри с детишками, у многих дома свои семьи и дети, по которым они соскучились.

                                      

Два русских казака наблюдают за бродячим актером.
Из воспоминаний офицера 1-го егерского полка М.М. Петрова:" Вообще стихия парижан - буря всех страстей. Там на каждом малом пространстве, особливо булеварного проспекта и Елисейских полей, везде призывы сердец к наслаждениям. Тут показывают выученных зверей, птиц, рыб и гадов, фокус-покусы, фантасмагории, панорамы и волшебные фонари, или танцы великолепных кадрилей на натянутых проволоках и веревках, или огнецветные китайские изделия, сгорающие при звуках приятнейшей гармоники с особливо вразумительною прелестию переливов и блесков".

                                      

Пале- Рояль был тогда местом, где искушений хватало. Как написал один русский мемуарист :" Перед лавками, между проходящими взад и вперед тоже множество женщин, но, как кажется, из разряда тех, которых не знаешь , как и назвать, если не назовешь их настоящим именем. Они гуляют по две, по три, громко болтают, хохочут, отпускают такие шуточки, что в ушах трещит, адресуясь ко всякому, кто хоть мимолетное остановит на них внимание."
Рядом с казаками женщина торгует презервативами, она протягивает пакетик, на котором написано "rob antisifilitique" ( антисифилитическое платье). Женщины - любого цвета кожи, для русских казаков - невидаль.

                                       

Сценка в кафе, где казаки развлекаются кукольным спектаклем и обществом француженок.
Париж мог порадовать гастрономическими изысками, хотя гастрономические вкусы у русских и французов не всегда совпадали. И время обеда было разным. Русские привыкли обедать  в полдень, французы в 6 вечера.
Забавный эпизод описан А.Я. Миркович:" Нам указали хороший ресторан, и мы в него ввалились в большом обществе наших офицеров. Сели за стол, кушанье подают очень порядочное, и нам в особенности хорош показался белый соус с ножками молоденьких цыплят, как нам по виду и по вкусу показалось. Счастливый гарсон, заметивши, что это блюдо нам понравилось, тотчас предложил - "не угодно ли вам повторить: все находят, говорил он, что у нас отлично приготовлено это блюдо, потому что мы всегда добываем самых лучших лягушек. " Мы остолбенели!.. .но я поспешил ему сказать:" не надо, благодарим, подавайте следующее".

                                       

Произведения изящных искусств, свезенные Наполеоном из многих стран как "военные трофеи" и ставшие украшением французских музеев, по настоянию Александра Первого остались в Париже.  Он считал, что в Париже они будут доступнее для всех жителей Европы.
Н.Н. Муравьев-Карский вспоминал :" Я был в Musee Napoleon в "gallerie des Tableau", измерил шагами залу в сей галерее, она имеет более 300 шагов в длину. Я не был в состоянии судить о красоте картин и статуй, но невольным образом останавливался перед лучшими и восхищался ими. Видал знаменитого Аполлона Бельведерского и Венеру и множество древних статуй, привезенных из Рима.

                                       

  Кое-кто из офицеров в Париже проигрался, некоторые даже были вынуждены продать лошадей. Однако этот, похоже подкатывает к француженке, а не собирается играть.                                   

                                       

Рулетка еще не было тогда популярна в России, большинству русских офицеров она была неизвестна до похода в Париж, поэтому многие играли из любопытства.

                                      

Прапорщик лейб-гвардии Семеновского полка И.Казаков писал в своих мемуарах:" Как нам, так и солдатам хорошее было житьё в Париже; нам и в голову не приходило, что мы в неприятельском городе... Солдат наших тоже полюбили - народ видный, красивый. Около казармы всегда куча народа, и молодые торговки с ящиками через плечо, с водкой, закуской и сластями толпились около солдат на набережной перед казармой".

                                     

Донской казак приценивается к домашней колбасе, а второй русский в крестьянской одежде отрезает от колбасы кусок на пробу. Многие русские дворяне имели при  себе крепостных в качестве слуг.

                                      

Казак покупает провизию у парижанина. На нем уже какая-то соломенная шляпа, явно не из России.
Русские биваки расположились прямо на Елисейских полях. И.И. Лажечников, в то время адъютант Остермана-Толстого, позже писатель, вспоминал в "Походных записках русского офицера": "20 марта. Казаки расположили свой стан на Елисейских полях: зрелище, достойное карандаша Орловского ( известный русский художник, рисовавший казаков) и внимания наблюдателя земных превратностей ! Там, где парижский щеголь подавал своей красавице пучок новорожденных цветов и трепетал от восхищения, читая ответ в ласковых её взорах, стоит у дымного костра башкирец, в огромной своей засаленной шапке с длинными ушами, и на конце стрелы жарит свой бифштек. Гирлянды и флеровые покрытия заменены седлами и косматыми бурками... "

                                     

А вот и жарится мясо. Подошел французский повар из близлежащего ресторана и интересуется процессом готовки.
Все казачьи полки, за исключением лейб-гвардии Казачьего жили в полевых условиях, их не ставили на постой к парижанам , желая упредить возможные стычки с хозяевами.  Во французских источниках можно найти упреки в адрес казаков, что " в бытность их пребывания у дворца Наполеона в Фонтенбло они выловили и съели достославных карпов в тамошних заповедных прудах".

                                     

Здесь запечатлено знаменательное событие - снятие 8 апреля 1814 года статуи Наполеона с Вандомской колонны-постамента. Оживленная толпа парижан устремляется к площади. Происходящее мало волнует казаков на первом плане. У казака с бутылкой в руке на груди серебряная медаль 1812 года и Георгиевский крест - высшая награда для нижних чинов русской армии.

                                     

Во время военных действий у казаков всегда был сухой закон, но после трех лет  войны, устроить пирушку с песнями и плясками - удовольствие ! " Ухарские пляски казаков, их песни и припевы... очень нравились французам ", - вспоминал И.П. Липранди.

                                     

Художник изобразил, как купают и поят своих лошадей казаки около моста de la Concorde, парижане смотрят на них с интересом.  Похоже, что казаки совсем не обращают внимания на то, что сверху за ними наблюдают дамы.

                                     


Известный русский публицист Федор Глинка напечатал перевод французского сочинения "Прощание русских с парижанами", купленного им на улице и написанного якобы от лица русского офицера:
" Прощайте, поля Елисейские, прощай и ты, Марсово поле ! Мы расположили на вас биваки свои, застроили вас хижинами, шалашами, будками и жили в них как в палатках. Нередко милые городские красавицы навещали кочующих соседей своих. Они не пугались ратного шуму и прыгали зефирами по грудам оружия .
....Мы никогда не забудем ваших чудесных трактирщиков, купцов и конфетчиков... Актеры и актрисы, певцы и певицы, прыгуны и прыгуньи, прощайте ! Мы уже не будем более есть апельсинов  в комедии, восхищаться прыжками в опере, забавляться ухватками плутоватых гаеров на булеварах, мы не увидим чудесных прыгунов по канату в Тиволи, обезьян на площади Музеума, ораторов в Антенеи и  китайских теней  в Пале-Рояль".
Рекламный проспект, да и только.




          
                       

Tags: 19 век, livejournal, Россия, Франция, графика, история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments