Category: природа

Category was added automatically. Read all entries about "природа".

Мой ответ на вопрос "Почему человек не может обратно превратиться в обезьяну?

На "Яндекс. Кью"
А кто сказал, что не может? Вот у "хоббитов" с острова Флорес уменьшился и размер мозга, что самое главное и по этим параметрам они ближе к австралопитекам, чем к своим непосредственным предкам (об остальных чертах судить не берусь). У Хомо наледи, живших относительно недавно размер мозга также был весьма невелик, возможно, у их предков мозг был больше. Разумеется, размер мозга - не единственная черта, отличающая человека от обезьян, но, пожалуй, наиболее существенная. Ничто не запрещает и другим характеристикам меняться в "обезьянью" сторону
Разумеется, вероятность того, что эволюция "пойдёт вспять" ничтожна, особенно после того, как человек ушел от жизни в дикой природе и создал цивилизацию. Но она не нулевая. Примеров деградации культуры можно привести довольно много. Вопрос в том, прошли ли мы "точку невозврата", или нет? Но даже если это произойдет и наши потомки вдруг превратятся в обезьяноподобных существ, это будут совсем другие "обезьяны", чем те, которые существуют сегодня.

"... проснувшись рано, в окно увидела Татьяна..."

Что-то вот такое:



И я сегодня увидел нечто подобное. Я уже писал, что в детско-юношеские годы, подобно Татьяне Лариной, любил русскую зимУ, а теперь для меня всякая погода благодать, по крайне мере, такая, котоая не сказывается уж очень отрицательно на здоровье. Но бесснежье этого декабря достало немного, даже глаз стал слезиться от сухой пыли. Поэтому снегу весьма рад.

Тёплые декабри

Задаюсь вопросом: теплее ли этот декабрь, чем декабрь 2006 г.? Я его запомнил хорошо. Еще очень поздняя и тёплая зима была в 2013-2014-м. А ведь в этом году снег выпадал (а не просто шел) ещё в сентябре, потом еще несколько раз ложился и, спустя короткое время, таял.
В юные годы я, подобно Татьяне Лариной любил русскую зимУ и отттепели меня расстраивали, а сейчас - всякая погода благодать (ну, почти всякая). Но замечаю, что с годами становлюсь метеочувствительным. Пока еще это мало заметно, впрочем.

Любил он русскую зимУ

С первым днем зимы вас!
Хотя снег лежит и не тает уже дней десять, если не больше, да и ноябрь стоял довольно холодный. В детстве и юности зима была моим любимым временем года, затем любовь поугасла, а теперь снова возвращается. Главное - одеваться потеплей Вот вам и картиночка по случаю:

Никифор Крылов. Русская зима. 1827 г.
(Интересно, что на картине подпись "Венецианов", учитель Крылова).
Собственно, одно из первых изображений русской зимы на картине русского же художника. Удивительно, что ждать пришлось так долго: первые русские пейзажисты все больше по Италиям специализировались, родные снега их мало привлекали.
Никифор Степанович Крылов умрет через четыре года после создания картины, в 29 лет


Про память и коммуникации у растений

Отсюда

Вековые дубы, сочная травка, свежие овощи — мы как-то не привыкли считать растениями живыми существами, и совершенно зря. Эксперименты показывают, что растения обладают неким сложным аналогом нервной системы и точно так же, как и животные, способны принимать решения, хранить воспоминания, общаться и даже дарить друг другу подарки...

Знаете, в «Аватаре» есть такой эпизод, где деревья общаются между собой под землей. Это не фантазия, как можно подумать, а установленный факт. Когда я жил в СССР, мы часто ходили за грибами и все знали, что гриб надо аккуратно срезать ножичком, чтобы не повредить грибницу. Теперь выясняется, что грибница — это электрический кабель, по которому деревья могут общаться как между собой, так и с грибами. Более того, есть множество свидетельств, что по грибнице деревья обмениваются не только электрическими сигналами, но еще и химическими соединениями или даже опасными вирусами и бактериями.

Звучит фантастически, но "законам физики", кажется, не противоречит.

О сходстве фауны саванн и тундростепей и следствиях из этого

Раньше как-то не задумывался. Хотя, вроде-бы, на поверхности...
mammooth4.jpg
Отдельно бы хотелось отметить схожесть мамонтовой фауны с фауной современной африканской саванны. Так, и там и там можно было встретить и слонов и носорогов, лошадей, разнообразных антилоп, и крупных быков. Даже такие, казалось бы, экзотические хищники как гиены и львы, и те прекрасно себя чувствовали в условиях ледникового периода. Экологические аналоги (с определённой долей условности) животных африканских саванн были распространены на всех континентах (кроме Антарктиды). Так в чём же причина такого удивительного сходства? Всё очень просто, все эти фауны формировались на схожих ландшафтах – а именно в условиях обширных равнин, поросших большим количеством травы. Эти травянистые равнины формировали отличные пастбища, которые были способны прокормить огромные стада травоядных, а те в свою очередь хищников. А те и другие активно удобряли почву своими телами и экскрементами. В ледниковый период такие пастбища существовали на всех континентах, кроме Антарктиды конечно. Поэтому и фауны, населявшие эти пастбища, на всех континентах были схожи в экологическом плане.

Нет ничего удивительного, что наши предки легко адаптировались к новым условиям на всех материках, куда бы они не попали. Ведь самое главное, а именно промысловые животные, были похожи на тех к которым они привыкли за миллионы лет жизни в Африке. Видимо, это и помогло нашим далёким предкам успешно расселиться по всей планете.

Кукуруза


"Если бы десять тысяч лет назад вас попросили угадать, где будет расположена величайшая цивилизация будущего, вы, скорее всего, назвали бы какую-нибудь область Центральной или Южной Америки, ибо именно там люди проделывали удивительные вещи с пищевыми растениями. Ученые называют эту часть Нового Света Мезоамерикой — весьма расплывчатый термин, который в принципе означает «Центральная Америка плюс некоторая часть Южной» (какая именно часть — зависит от того, какую именно гипотезу требуется подтвердить данному конкретному ученому).
Мезоамериканцы были величайшими землепашцами в истории, но из всех их многочисленных сельскохозяйственных достижений самым важным и неожиданным стало выведение маиса, или кукурузы (corn), как его называют на моей родине, в США[16]. Мы до сих пор понятия не имеем, каким образом они это сделали. Если сопоставить первобытные формы ячменя, риса или пшеницы с их современными аналогами, сходство сразу будет заметно. Однако в дикой природе нет ничего, даже отдаленно напоминающего современную кукурузу. Генетически ее ближайшим родственником является тонкая травка под названием теосинте, но на самом деле они мало чем похожи. Кукуруза дает мощный початок на единственном стебле, ее зерна заключены в жесткую листовую обертку, а початок теосинте имеет в длину меньше дюйма, лишен листовой обертки и растет на множестве стеблей. В качестве еды он почти бесполезен. Одно зернышко кукурузы более питательно, чем целый початок теосинте.
Трудно сказать, как люди сумели вывести кукурузные початки из такого тонкого и практически несъедобного растения, да и как им вообще пришла в голову эта идея. Надеясь раз и навсегда разобраться с этим вопросом, университет штата Иллинойс в 1969 году организовал специальную конференцию, посвященную проблеме происхождения кукурузы, на которую съехались ведущие специалисты со всего мира, однако научные дебаты переросли в такой ожесточенный и такой оскорбительный спор, порой переходивший на личности, что конференция была закрыта, а ее материалы никогда не были опубликованы. С тех пор подобных попыток больше не предпринималось. Впрочем, сейчас ученые совершенно уверены — спасибо последним успехам генетики, — что кукуруза впервые была окультурена на равнинах западной Мексики и что ее получили из теосинте, но как именно — по-прежнему остается загадкой.
Так или иначе, в результате появилось первое в мире искусственно выведенное растение, причем это растение требует столь тщательной культивации, что сегодня его выживание всецело зависит от нас. Кукурузные зерна не отделяются от початков сами — их надо специально отделить и посадить в почву, иначе кукуруза не вырастет. Если бы люди не заботились о ней на протяжении тысячелетий, эта культура вообще исчезла бы с лица земли.
Изобретатели кукурузы не только вывели новый вид растения, они практически создали из ничего новый, ранее не существовавший, тип экосистемы. В Месопотамии дикие луговые злаки росли почти повсеместно, и задача земледельца заключалась главным образом в культивации этих лугов и постепенном превращении их в культурные, хорошо обработанные зерновые поля. Однако жители засушливых, поросших невысоким кустарником равнин и плоскогорий Центральной Америки не знали, что такое поле. Им пришлось создавать то, чего они никогда раньше не видели, — это как если бы обитателю пустыни пришло в голову устроить у себя травяной газон.
Сегодня кукуруза незаменима, причем в гораздо большей степени, чем многие думают. Кукурузная мука используется в производстве газированных напитков, жевательной резинки, мороженого, арахисовой пасты, кетчупа, автомобильной краски, бальзамирующего состава, пороха, инсектицидов, дезодорантов, мыла, картофельных чипсов, перевязочных материалов, лака для ногтей, присыпки для ног, соусов для салата и еще сотен вещей. По словам Майкла Поллана, автора книги «Дилемма всеядного», не столько мы одомашнили кукурузу, сколько она одомашнила нас.
Существует опасение, что культуры, доведенные до единообразного генетического совершенства, могут утратить свою защитную приспособляемость. Проезжая сегодня мимо кукурузного поля, вы увидите, что каждый стебель похож на остальные — конечно, между ними есть какие-то небольшие различия, но по сути своей они идентичны. Эти особи-близнецы живут в полной гармонии, поскольку ни одна из них не конкурирует с другой. Но в этом есть и свои опасности. В 1970 году производители кукурузы в США были в страшной тревоге: кукуруза по всей Америке погибала от болезни, которая называется бурая пятнистость, и в этот момент агрономы сообразили, что практически все кукурузные поля страны засеяны семенами с генетически идентичной цитоплазмой. Если бы заболевание напрямую поражало цитоплазму или оказалось более вирулентным, то сейчас ученые всего мира ломали бы голову, пытаясь найти способ снова окультурить теосинте, а нам с вами пришлось бы надолго забыть про попкорн.
У картофеля, другой важной пищевой культуры Нового Света, не меньше интригующих тайн. Это растение семейства пасленовых, известного своей токсичностью. В диком картофеле много ядовитых гликоалкалоидов — они же, только в меньших дозах, содержатся в кофеине и никотине. Чтобы сделать дикий картофель безопасным пищевым продуктом, надо было снизить в нем содержание гликоалкалоидов до одной пятнадцатой или двадцатой от изначального уровня. Возникает масса вопросов, и самый главный из них — как люди это сделали? И откуда узнали, что именно надо сделать? Как они смогли определить, насколько снизился уровень токсичности? И как контролировали ход этого процесса? Да и вообще, откуда древние люди знали, что игра стоит свеч и что в результате получится безопасный и питательный продукт?
Конечно, нетоксичный картофель мог появиться и в результате самопроизвольной мутации. Если так, значит, людям не пришлось тратить столетия на экспериментальную селекцию. Однако каким образом они узнали, что этот вид картофеля мутировал и из всех сортов ядовитого дикого картофеля именно этот пригоден для еды?
Словом, первобытные люди часто совершали не просто удивительные, а поистине непостижимые открытия."

Билл Брайсон. Краткая история быта.

Вообще, Брайсон очень интересный автор, всем рекомендую.

Еще о палеолитической живописи

Строго говоря, даже живопись и скульптура верхнего палеолита, сколь бы они нас ни впечатляли своей выразительностью, сами по себе всё же не доказывают, что их творцы разговаривали друг с другом или вообще пользовались каким бы то ни было языком. Напротив, натурализм, которым славится палеолитическая живопись, при желании можно даже интерпретировать как свидетельство интеллектуальной и языковой ограниченности её создателей. Именно такую гипотезу выдвинул несколько лет назад американский психолог Н. Хамфри.

Хамфри привел весьма остроумную аргументацию в пользу того, что общепризнанные шедевры палеолитического искусства, такие, как росписи в пещерах Шовэ и Ляско, нельзя считать доказательством наличия у их создателей развитого мышления и языка. Более того, предположил он, эти росписи могут свидетельствовать скорее об обратном, то есть об интеллектуальной неполноценности первых художников.
Collapse )